Квартира Натальи Столяровой

Адрес: г. Москва, Даев пер., д. 12/16

Фото: Эмиль Гатауллин, архив Общества «Мемориал»

Фото: Эмиль Гатауллин, архив Общества «Мемориал»

Наталья Столярова и Шаламов

Наталья Ивановна Столярова, которую с Шаламовым в 1960-е годы связывала тесная дружба, родилась в эмиграции. Она окончила Сорбонну, участвовала в культурной жизни Франции и русской эмиграции, была музой поэта Бориса Поплавского, но в 1936 году приехала в СССР «на зов судьбы-беды», как писал Шаламов в стихотворении «Нерест», посвященном Столяровой. С 1937 по 1946 год она находилась в лагерях. В конце 1950-х годов ее взял к себе личным секретарем И. Г. Эренбург. Впоследствии Н. И. Столярова играла большую роль в диссидентском движении, особенно в истории с переправкой за границу «Архипелага ГУЛАГ» А. И. Солженицына.

Наталья Столярова

Наталья Столярова

Наталья Климова, мать Столяровой

Мать Натальи Столяровой — участник революционных событий Наталья Сергеевна Климова, член партии эсеров-максималистов, участник покушения на Столыпина — взрыва на Аптекарском острове. Климова была приговорена к смертной казни, замененной впоследствии пожизненной каторгой; однако благодаря участию в знаменитом побеге из Новинской тюрьмы каторги она избежала.

Ее «Письмо перед казнью» было известно всей российской интеллигенции, оно было переведено на иностранные языки, ходил даже слух (вошедший в роман писателя Михаила Осоргина), что Л. Н. Толстой написал «Не могу молчать» после прочтения этого письма Климовой. Шаламов, работая над рассказом «Золотая медаль», посвященным Н. И. Столяровой и ее матери, специально проверял этот слух у секретаря Толстого Н. Н. Гусева, близко знавшего Климову.

Более того, Шаламов хотел создать историко-художественную книгу о Климовой, куда были бы включены документы, письма и собственно рассказ. Название для планируемой книги было взято из поэмы Пастернака «1905 год» — «Повесть наших отцов». Проект, однако, не был реализован, так как в конце 1960-х годов Шаламов рвет отношения с кругом Н. Я. Мандельштам, к которому относилась Н. И. Столярова, и вообще разочаровывается в диссидентской среде. Особенно повлияла активная помощь Н. И. Столяровой А. И. Солженицыну, которого Шаламов несколько раз в 1970-е годы назовет «лакировщиком» и «дельцом». Активная переписка со Столяровой прекратилась, судя по имеющимся сведениям, в 1967 году, однако впоследствии Шаламов не отзывался о ней негативно ни в переписке, ни в дневниковых записях.

Как на Запад переправляли рукописи Солженицына

Наталья Столярова была одной из самых верных «невидимок» Солженицына. Именно благодаря ей были переправлены за границу ранний архив Солженицына, его романы «В круге первом» и «Архипелаг ГУЛАГ» и многие другие произведения. Впервые они познакомились в 1962 году в квартире Ильи Эренбурга и вплоть до смерти Столяровой в 1984 году сохраняли дружеские отношения.

Впервые Столярова помогла Солженицыну с переправкой его рукописей за границу в октябре 1964 года. У Солженицына уже была подготовлена капсула с пленкой архива (в том числе с романом «В круге первом»), но он не спешил с отправкой, пока в октябре 1964-го не сняли со всех должностей Хрущева. В те дни капсула с пленкой находилась у Ивана Рожанского, общего друга Солженицына и Льва Копелева, и ожидалось, что Рожанский вскоре поедет за границу, однако накануне отъезда ему отказали в командировке.

Тогда Солженицын обратился к Столяровой, которая нашла нового помощника в лице Вадима Андреева, сына Леонида Андреева и брата Даниила Андреева. Встреча Солженицына и Андреева произошла в старой коммунальной квартире Столяровой в Малом Демидовском переулке.

Из воспоминаний Солженицына:

Она [Столярова] назначила мне приехать в Москву снова, к концу октября. К этому дню уже поговорила с Вадимом Леонидовичем. И вечером у себя в комнатушке, в коммунальной квартире, в Мало-Демидовском переулке, дала нам встретиться. В. Л. оказался джентльмен старинной складки, сдержанный, чуть суховатый, отменно благородный человек, — и, собственно, это благородство уже и закрывало ему возможность выбора, возможность отказать в такой просьбе — для русской литературы да и для советский лагерей, где и его родной брат Даниил долго сидел. (Говорила мне потом Наталья Ивановна, что В. Л. считал такое предложение для себя и честью.) И жена Ольга Викторовна, падчерица эсеровского лидера Чернова, была тут же, весьма приятная сочувственная женщина, одобрявшая решение мужа и разделявшая все последствия. И вот они, формально такие же советские кролики, как мы, не защищенные не только дипломатическим иммунитетом, но даже иностранным гражданством (паспорта у них были советские, в послевоенном патриотическом энтузиазме части русской эмиграции В. Л. перешел в советское гражданство, отчасти чтобы чаще и легче ездить на родину), — они брались увозить взрывную капсулу — все, написанное мною за 18 лет, от первых непримиримых лагерных стихотворений до «Круга»! Да не знали, не вникли они, что именно там есть, но достаточно вникли, что взрывчатое. И — везли, такое решение уже состоялось прежде нашей встречи.
Этот вечер тогда казался мне величайшим моментом всей жизни! Что грезилось еще в ссылке, что мнилось прыжком смертным и в жизни единственным вот совершилось обыденно тихо, в вежливом негероическом разговоре. Я смотрел на супругов стариков как на чудо. О самой операции почти даже не говорили. Вынул я из кармана тяжелую набитую алюминиевую капсулу, чуть побольше пинг-понговского мяча, приоткрыл, показал им скрутки положил на чайный столик, у печенья, у варенья. И Вадим Леонидович переложил в свой карман. Говорили же о синтаксисе, о месте прилагательного относительно своего существительного, о жанрах, о книге «Детство» самого В. Л., вышедшей в СССР и которую я читал. А Наталья Ивановна подбила меня рассказать о самом поразительном, что я в себе носил, о лагерных восстаниях. Старики-женевцы слушали, изумленные. <…>
31 октября 1964, через 2 недели после воцарения Коллективного Руководства, моя маленькая бомба пересекла границу СССР в московском аэропорту. Она просто лежала в боковом кармане пиджака В. Л., он не знал никаких приемов, а таможенник, по паспорту, поинтересовался: вы сын писателя? И дальше пошел разговор о писателе, досмотра серьезного не было. Капсула прошла как бы под сенью Леонида Андреева. (Казалось тогда благоприятной.) Ева провожала друзей, и те еще успели дать ей понять об успехе переговариваясь с одной воздушной галереи на другую.

Солженицын А. И. Бодался теленок с дубом. С. 491-493

Авторская машинопись романа «В круге первом». 1962 г. Фото: «Александр Солженицын: Из-под глыб». Рукописи, документы, фотографии. М.: Русский путь, 2013

Авторская машинопись романа «В круге первом». 1962 г. Фото: «Александр Солженицын: Из-под глыб». Рукописи, документы, фотографии. М.: Русский путь, 2013

Авторская машинопись романа «В круге первом». 1962 г. Фото: «Александр Солженицын: Из-под глыб». Рукописи, документы, фотографии. М.: Русский путь, 2013

Авторская машинопись романа «В круге первом». 1962 г. Фото: «Александр Солженицын: Из-под глыб». Рукописи, документы, фотографии. М.: Русский путь, 2013

В начале 1966 года Столярова познакомила Солженицына с Александром Угримовым, агрономом, переводчиком, бывшим эмигрантом и участником французского Сопротивления, который в 1947 году был выслан с семьей в СССР, где их тут же арестовали и отправили в особые лагеря. В конспиративной команде Солженицына Угримов отвечал за хранение рукописей, которые держал у тайных «кротов» — с ними сам Солженицын, по условиям конспирации, знаком не был.

Александр Солженицын с Натальей Столяровой и Александром Угримовым. В доме Солженицына в деревне Рождество. 1968 г. Фото: solzhenitsyn.ru

Александр Солженицын с Натальей Столяровой и Александром Угримовым. В доме Солженицына в деревне Рождество. 1968 г. Фото: solzhenitsyn.ru

Последней крупной пересылкой, которую Столярова организовала для Солженицына, стала отправка на Запад романа «Архипелага ГУЛАГ». В первых числах июня 1968 года благодаря Светловой, Угримову и сыну Вадима Андреева Александру переснятый на пленку «Архипелаг…» был отправлен на Запад. Эта была последняя из подобных операций как для Угримова (в силу возраста), так и для членов семьи Андреевых, с которыми Солженицын испортил отношения из-за возникших на Западе проблем с переводом «Архипелага…» (права на публикацию «Архипелага…» за рубежом первое время принадлежали Андреевым) и последовавшей повторной отправкой рукописи новому западному правообладателю.

Сергей Соловьев, Арен Ванян
Кан Г. С. Наталья Климова: Жизнь и борьба. СПб., 2012
Сараскина Л. И. Солженицын. М.: Молодая Гвардия, 2008
Солженицын А. И. Бодался теленок с дубом. Очерки литературной жизни. М.: Согласие, 1996